Посланные с властью, идущие налегке

Евангелие от Луки 9:1-6

1 Созвав же двенадцать, дал им силу и власть над всеми бесами и врачевать от болезней, 2 и послал их проповедывать Царствие Божие и исцелять больных. 3 И сказал им: ничего не берите на дорогу: ни посоха, ни сумы, ни хлеба, ни серебра, и не имейте по две одежды; 4 и в какой дом войдете, там оставайтесь и оттуда отправляйтесь в путь. 5 А если где не примут вас, то, выходя из того города, отрясите и прах от ног ваших во свидетельство на них. 6 Они пошли и проходили по селениям, благовествуя и исцеляя повсюду.

Вопросы для подготовки почвы

1. Не полагаемся ли мы порой на собственные средства и запасы больше, чем на то поручение, которое нам дано, — и способны ли мы, подобно двенадцати, выйти на дело служения, не имея при себе ничего, кроме самого слова, вверенного нам?
2. Готовы ли мы принять и ту сторону этого поручения, которая говорит не только об успехе, но и о вероятности отвержения, — не превращая при этом всякую неудачу в повод усомниться в самом поручении?
3. Не смешиваем ли мы иногда врачевание и благовестие, забывая, что оба эти дела двенадцати были подчинены одной цели — свидетельству о Царствии Божием, а не самим по себе?

Предыдущая глава завершилась описанием трёх чудес, засвидетельствовавших власть Христа над стихиями, над духами тьмы, над телесной немощью и над смертью. Теперь эта же власть — прежде принадлежавшая исключительно Ему Самому — впервые разделяется с другими. Момент этот примечателен: до сих пор двенадцать были свидетелями силы Христовой, отныне же они становятся её служителями, действующими не собственным именем и не собственной силой, а тем, что им «дал» Христос (ст.1).

1-2. Сила и власть, данные для определённой цели

Лука тщательно различает два понятия: «силу» (греч. δύναμις) — то есть саму способность совершать чудеса, — и «власть» (греч. ἐξουσία) — то есть право распоряжаться этой способностью. Двенадцать получают не только возможность изгонять бесов и исцелять болезни, но и полномочие делать это от имени Пославшего их. Важно при этом не упустить порядок целей, обозначенный в стихе 2: они посланы прежде всего «проповедывать Царствие Божие», и лишь затем — «исцелять больных». Исцеления, при всей их очевидности и убедительности для очевидцев, остаются здесь средством, подтверждающим весть, а не самой вестью. Нам стоит держать в памяти этот порядок всякий раз, когда мы рассуждаем о делах милосердия и о слове благовестия: одно призвано служить другому, а не подменять его собой.

Число «двенадцать» едва ли можно рассматривать как случайное: оно соответствует числу колен Израилевых и уже одним этим свидетельствует о притязании Христа собрать и восстановить Свой народ. Матфей приводит при этом наказ идти прежде всего «к погибшим овцам дома Израилева» (Мф.10:5-6) — уточнение, которое Лука здесь не воспроизводит, сосредотачиваясь на самом факте и способе послания.

3. Путешествие налегке

Наказ «ничего не берите на дорогу: ни посоха, ни сумы, ни хлеба, ни серебра, и не имейте по две одежды» (ст.3) на первый взгляд может показаться суровым лишением, но по существу он служит одной определённой цели — сделать зависимость посланных от Пославшего их зримой и не допускающей иного истолкования. Марк в параллельном месте допускает взятие посоха и обуви (Мк.6:8-9), тогда как у Луки и Матфея (Мф.10:9-10) список ограничений строже; расхождение это, по всей вероятности, связано не с противоречием между евангелистами, а с разными смысловыми акцентами: Марк указывает минимально необходимое, тогда как Лука и Матфей подчёркивают полноту отказа от собственного обеспечения. Нам следует увидеть в этом наказе не общий принцип аскезы, обязательный для всякого времени и всякого служения, а частное, ограниченное по времени поручение, преподанное применительно к этой конкретной миссии, — сам Христос впоследствии, отправляя учеников уже в канун Своих страданий, прямо указывает на перемену обстоятельств и допускает взятие и сумы, и меча (Лк.22:35-36). Единство же обоих наказов — в главном: посланный не должен полагаться на то, что он сумел собрать заранее, но на то, что ему будет дано в пути ради самого дела, порученного ему.

4. Оставаться в доме, а не искать лучшего

Повеление «в какой дом войдете, там оставайтесь» (ст.4) ограждает посланных от искушения переходить из дома в дом в поисках более удобного или почётного приёма — искушения, вполне понятного для человека, лишённого собственных средств к существованию. Довольствоваться первым оказанным гостеприимством означало не только избежать суетного разбирательства о том, где лучше приняли, но и явить самим своим поведением то же нестяжание, о котором говорит предыдущий стих.

5. Отрясти прах — не проклятие, а свидетельство

Особого внимания заслуживает наказ о городах, которые не примут посланных: «отрясите и прах от ног ваших во свидетельство на них» (ст.5). Обычай этот был хорошо известен благочестивым иудеям, возвращавшимся из земель язычников: отрясая пыль чужой земли, они символически отделяли себя от её нечистоты. Употребить тот же жест против иудейского города означало приравнять его отказ принять весть о Царствии к отказу самих язычников от истинного Бога — упрёк весьма серьёзный. Важно, однако, заметить: это не проклятие в собственном смысле слова, а именно «свидетельство» — зримое напоминание о том, что весть была принесена и отвергнута не по недостатку возможности услышать её, а по собственному выбору слушателей. Этот же обычай впоследствии соблюдут апостолы Павел и Варнава в Антиохии Писидийской (Деян.13:51) и сам Павел в Коринфе (Деян.18:6): поручение, данное здесь двенадцати, не осталось единичным эпизодом, но стало устойчивой практикой апостольского благовестия. Нам стоит отметить и то, что двенадцати не поручается упорствовать там, где весть отвергнута, добиваясь иного результата собственными усилиями, — им довольно засвидетельствовать и идти далее.

6. Исполнение поручения

Последний стих сообщает об исполнении наказа без каких-либо подробностей: «они пошли и проходили по селениям, благовествуя и исцеляя повсюду» (ст.6). Лаконичность этого сообщения примечательна сама по себе: Лука не приводит ни одного отдельного случая из этого путешествия, сосредотачивая внимание читателя не на достижениях двенадцати, а на самом факте их послушания порученному делу.

Заключение

Этот краткий отрывок ставит перед нами вопрос не о масштабе или успехе служения, а о самом его основании: власть, которой действовали двенадцать, не была их собственным приобретением, а вверенным им даром, и потому самое надёжное средство для этого пути — не запас, собранный заранее, а зависимость от Пославшего, сохраняемая на всём протяжении пути. Нам стоит спросить себя: не пытаемся ли мы порой обеспечить себя для дела благовестия средствами, которые сам этот наказ велит оставить, — и не сопротивляемся ли мы, подобно жителям некоторых селений, той же самой вести, которую сами призваны нести другим.